Документалистику на Российских программах ММКФ представят молодые режиссёры

Документалистику на Российских программах ММКФ представят молодые режиссёры

Россия, Москва. 24 июня 2016 – ИНФОРМАЦИОННОЕ АГЕНТСТВО REALISTFILM.INFO.

C 24 по 29 июня в рамках 38-го Московского международного кинофестиваля в Доме кино Союза кинематографистов будет показаны лучшие, по мнению жюри, современные российские фильмы. О том, какие документальные фильмы вошли в Российские программы ММКФ, что их объединяет и какие кино создают молодые режиссёры – в материале IA_RFI.

21 июня 2016 года в Доме кино Союза кинематографистов состоялась пресс-конференция, посвященная открытию «Российских Программ» 38-го ММКФ. С 24 по 29 июня здесь можно будет увидеть лучшие фильмы, снятые российскими режиссёрами за последние годы. Зрителям будет представлены игровые, документальные, анимационные и короткометражные картины. Программа документального кино в этом году получилась весьма обширной. Шесть неигровых фильмов будут показаны в рамках масштабной ретроспективы «30 лет без Тарковского».

«В этом году исполнится 30 лет с момента ухода выдающегося мыслителя и режиссёра Андрея Тарковского. Если киноязык Тарковского уже освоен, то сегодня Тарковский становится предметом для исследований для многих философов и богословов. «30 лет без Тарковского» – это огромный пласт кинематографа. В связи с этим, мы решили показать не только все, что было сделано Андреем Арсеньевичем, но и основные фильмы о нем», — рассказала художественный руководитель Российских программ кинофестиваля Ирина Павлова.

Среди документальных фильмов о Тарковском –  «Время путешествия» итальянского режиссёра Тонино Гуэрра – документальный фильм о совместной поездке Андрея Тарковского и Тонино Гуэрра по Италии. Именно тогда был создан сценарий предпоследней картины Тарковского «Ностальгия». Ещё одна документальная лента с итальянскими «корнями» – фильм Донателлы Бальиво «Андрей Тарковский снимает «Ностальгию», где можно будет увидеть много редких документальных материалов со съёмок фильма.

Из российских фильмов об Андрее Тарковском в программу вошла картина Михаила Лещиловского «Режиссёр Андрей Тарковский». Вместе с Тарковским Лещиловский создавал фильм «Жертвоприношение». Эта последняя картина Тарковского получила международное признание ещё в конце 80-х, став призёром многих крупных фестивалей. В том числе, в 1986 году он был приглашён на МКФ в Каннах и  получил Скандинавскую кинопремию за лучший дебют.

Но самым личным, наверное, будет фильм Александра Сокурова «Московская элегия», который в большей степени раскрывает впечатление Сокурова от Тарковского, как от человека.

Что касается основной программы документального кино – она включает работы классиков, таких, как Борис Караджев и Андрей Осипов. В этом году Осипов снял историю про легендарного режиссера «Упрямец Хуциев», также будет фильм Бориса Караджева «Тринадцать ночей» о жизни Осипа Мандельштама.

Однако российскую документалистику главным образом представят молодые кинематографисты – это выпускники высших режиссёрских курсов при ВГИКе, киношколы ГИТРа и других вузов. Среди них фильм Павла Афанасьева, выпускника ВГИКа, мастерской Бориса Караджева, «Слуцкий» о главном тренере футбольного клуба ЦСКА.

Дебютантами на фестивале стали Торнике Хуха из Гагр с фильмом «Целлофан», Анастасия Новикова («Разговор»), Дарья Молчанова с картиной «Казас» и Мария Седова («Гештальт»).

Как рассказал IA_RFI один из отборщиков и кураторов документальной программы режиссёр Евений Голынкин, картины для программы старались выбирать те, которые ещё не успели дойти до широкого зрителя, не объездили все фестивали. По словам Евгения Голынкина, в документалистике старые школы окончательно забываются, и приходят молодые режиссёры – их в конкурсной программе большинство.

ВОПРОС:
Вместе с Иваном Твердовским Вы уже второй год представляете документальные фильмы Российской программы. В чём, на Ваш взгляд, особенность современного российского документального кино?
Евгений Голынкин:
Особенность нашего документального кино на сегодняшний день заключается прежде всего в том, что совершенно непонятно, зачем мы его снимаем. Потому что мы лишены практически всех площадок для показа. Телевизионные каналы не показывают. 24_Doc канал, изначально создававшийся для показов наших фильмов, их практически перестал показывать. Это наше собственное кино, которое нам совершенно необходимо, потому что, на мой взгляд, мы единственная в мире цивилизованная страна, не имеющая совей подлинной кинолетописи. Её не было в начале, потому что это было уделом хобби, потом была и война, и революция, была масса ограничений, потом кино стало важным из искусств, и три четверти реальной жизни оказались за пределами объективов. Во время войны реальная хроника снималась очень мало, и так далее. Объяснять, почему летописи у нас нет, резона нет. Показывать у нас тоже негде. И то, что сейчас у нас появилась возможность снимать практически любому человеку, и при каком-то минимальном опыте делать из этого, скажем так, приемлемое для восприятие какое-то произведение, – это наш шанс.

ВОПРОС: Как в этом году выбирали документальные картина для показа в Российских программах? Что-то изменилось за прошедший год?
Евгений Голынкин: Тоже самое, что и в прошлом году. Мы исходили из того, отбирая программу, что показывать надо то кино, у которого нет шансов добраться до зрителя.

ВОПРОС: А по содержанию? В прошлом году была тематика северная и экзотическая. Сейчас, кажется, случился поворот в сторону человеческих историй. Как Вы считаете?
(К разговору присоединился куратор и отборшик документальных фильмов Российских программ Иван Твердовский-страший)
Иван Твердовский: Северной тематики там было 2-3 фильма. Птицы что не люди?
Евгений Голынкин: На самом деле наше кино последних лет, начиная с 60-х годов, и отличалось именно тем, что в центре его, как правило, был человек. Это я имею в виду те фильмы, которые находились за рамками официальной, так скажем, кинолетописи советский. Те фильмы, которые делались на Ленинградской студии документальных фильмов; которые делались в Киргизии, кое-что в Свердловске. Это такая, наверное. одна из самых сильных сторон нашего документального кино.

ВОПРОС: Почему сейчас они попали в официальную программу?
Евгений Голынкин: Может быть, это связано с тем, что в этом году не было таких картин, снятых на экзотическом материале, как «Арктика» Резника в прошлом году или ещё чьи-то картины. Но мне кажется, это естественно. Естественный отбор.

ВОПРОС: А были какие-то картины, которые зацепили, затронули лично Вас как человека?
Иван Твердовский: Да, Вы знаете, мы столько уже в этой профессии, что зацепить нас довольно-таки сложно уже.
Евгений Голынкин: Есть занятные картины, трогательные. В основном это картины, сделанные молодыми режиссёрами. Это Карина Газарян, это Зверькова из Иркутска «Разговор», это ребята, которые очень славно удивляются окружающему миру. Я не смотрю кино с точки зрения истории человека. Я смотрю, как удалось историю рассказать, потому что у меня есть такое соображение, что в нашей жизни, в нашей стране, надо верить всему и произойти здесь могла самая невероятная, самая фантастическая история. Она могла оказаться правдой, и весь вопрос в том, как её рассказать.

ВОПРОС: В прошлом году в интервью нашему информационному агентству Вы говорили о том, что из-за желания пропиариться многие режиссеры снимали кино «абы как». Что-то изменилось в этом году?
Евгений Голынкин:
Была такая фраза сказана, да. К сожалению, мы не можем сказать о том, что у нас блестящая изобразительная культура.
Иван Твердовский: Мы выбрали то, из чего можно выбрать.

ВОПРОС: В этом году программе много фильмов, снятых почти что вчерашними выпускниками, молодыми режиссёрами. Что, на Ваш взгляд, характеризует молодых режиссёров-документалистов?
Евгений Голынкин: Они уверены, что до них ничего не было. И любое открытие – это открытие мирового значения. Это ниспровержение всех основ и создание новой вселенной. Это прелестно. Я должен сказать, что так было не всегда. Раньше всё-таки некоторая преемственность была, культурная, образовательная, она все-таки наблюдалась. А сейчас у меня такое впечатление, что за нашим поколение просто спустили воду, и нас уже больше нет. Теперь всё начинается сначала. Теперь надо дождаться, пока появится Люмьер, и начнётся кино.

ВОПРОС: В общем ничем Вас не удивили в этом году?
Евгений Голынкин: Так, чтобы быть изумленным — нет. Обрадовали? Да.

Журналист: Елизавета Червякова
Оператор, монтажёр: Юрий Фокин
Расшифровка: Елизавета Червякова



No comments

Write a comment
No Comments Yet! You can be first to comment this post!

Write a Comment

Your e-mail address will not be published.
Required fields are marked*